инфо форум био диски видео фильмы фото фан-клуб sex чарты турне тексты интервью книги медиа ссылки гостевая  
       
 


Голливудский макияж


Это было в конце 1984 года. Шон Пенн разошелся со своей бывшей подружкой [Элизабет Макговерн] и жил у меня. Мы смотрели MTV, и там показывали «Like A Virgin». Шон сказал, что его друг работает помощником режиссера на съемках клипа «Material Girl». Я жил неподалеку от Голливуда, и мы решили съездить туда и посмотреть на эту девочку.


Режиссер Джеймс Фоули о том, как они с Шоном Пенном впервые заговорили о Мадонне


К этому моменту Шон Пенн уже был известным голливудским актером из группы «Brat Pack», куда входили Эмилио Эстевес, Чарли Шин, Деми Мур, Роб Лоу и Молли Рингуолд. Шон был предан актерской профессии, в подростковом возрасте он играл в театре. В институте вместе с братом Кристофером (который также стал голливудским актером) Пенн снял шестидесятиминутный фильм под названием «В поисках кого-нибудь» («Looking For Someone»). «Всю ночь мы были в Вествуде, устраивали пальбу в паркинге и проделывали различные трюки, которые не посоветовали бы повторять даже каскадеру». Смелость вообще отличительная черта Шона. Кинокритик Паулина Каэл считает, что в своей любви к риску и импровизациям он похож на Марлона Брандо или Джеймса Дина. К тому времени, как Шон познакомился с Мадонной, он уже получил признание за роли мятежного кадета в «Отбое» и удолбанного серфера в фильме «Беспечные времена в колледже Риджмонт».

И в жизни, и на экране Шон имел репутацию сорвиголовы, что делало его в глазах женщин еще более привлекательным. Сперва он был помолвлен с сестрой Брюса Спрингстина Памелой, затем со своей партнершей Элизабет Макговерн. Двадцатичетырехлетнему актеру нравилось выглядеть крутым, и, несмотря на то что отправиться на съемки «Material Girl» было его инициативой, казалось, что Мадонна его вовсе не интересовала. «Мы обсуждали, кто из девчонок сексуален, и он даже не упомянул про нее», — рассказывает Фоули.

 

Она вроде бы поначалу тоже не обратила на него внимания. Впоследствии Мадонна призналась, что, когда впервые увидела Шона, то подумала: «Это мой будущий муж», хотя и приняла его довольно холодно. Фоули рассказывает: «У Мадонны был перерыв, и она подправляла грим. Она была просто вежлива, и все. Шон уже был знаменитым. Его лицо красовалось на обложке журнала „Rolling Stone". Она знала, кто он такой, но виду не подала. Так ведут себя актрисы, исполняющие роль английской королевы. Нельзя сказать, что она была неучтива, просто сдержанна».
В этот момент Мадонна думала совсем о другом. С карьерой все было хорошо, а вот личная жизнь не ладилась. Предыдущие два года ее бойфрендом был Джеллибин, он помог ей в работе, но поскольку тоже был амбициозен, их отношения приняли характер состязания. После того как они расстались, Мадонна обнаружила, что беременна. Она не оставила ребенка, хотя это было непростым решением. В то время как она отплясывала на сцене, ее терзали переживания. Фоули говорит, что чувствовал разницу между тем, какая она на публике и какая дома. «Мадонна, которая танцует на сцене и которая накладывает макияж в гример-ке, — это не один и тот же человек».
Теперь она была свободна и могла встречаться с Шоном. «Вначале она была для него лишь легким увлечением. Они несколько раз встретились. Сперва безумной любви между ними не было, но потом чувства переросли в настоящую страсть. Это было неожиданно. Ни один из них даже не помышлял о свадьбе», — говорит Фоули. Через некоторое время все изменилось. «Вдруг оказалось, что оба по уши влюблены и им не терпится пожениться».
Встреча с Шоном изменила Мадонну. У нее появился защитник и человек, которому она охотно подчинялась. Неуравновешенный, беспокойный и склонный к жестокости, Шон был ее противоположностью, объединяла их страстная преданность профессии. Он воспитывался Голливудом и цинично относился к славе и громким именам. У него были строгие убеждения относительно мироустройства, не позволявшие выказывать принадлежность к привилегированным «брэтовцам», он чувствовал себя чуждым взрастившей его звездной среде.
Мадонна покинула Нью-Йорк и поселилась вместе с Шоном на Западном побережье. Многие из ее старых клубных друзей относились к Пенну настороженно и переживали за нее. Диджей из «Danceteria» Джонни Дайнелл вспоминает: «Он мог сказануть что-нибудь вроде „твои друзья-гКэдики". Тогда он был каким-то глупым». С появлением в ее жизни Шона Мадонна укрепилась в мечте стать кинозвездой. Он был таким же непокорным и амбициозным, как и она, и в то же время у него была уверенность, которой ей часто не хватало. Он же обрел в ней родственную душу. Шон говорил в то время: «Единственное, в чем я уверен, так это в том, что я делаю как актер. Все остальное просто накопление опыта. Я встретил человека, с которым хочу быть вместе. Она заботится обо мне. Понимает меня без слов». Когда они решили пожениться, он даже не представлял, как ему будет досаждать ненавистная пресса. «Она становилась величайшей звездой. Мне же хотелось просто делать кино и не привлекать к себе ненужного внимания.


Я был озлобленным молодым человеком, во мне жило столько демонов, что даже не знаю, кто бы мог меня терпеть тогда», — сказал он позднее.
Этих демонов не на шутку раздразнили фотографии обнаженной Мадонны, опубликованные в журналах «Playboy» и «Penthouse» вскоре после объявления о помолвке, — они были сняты в тот период жизни в Нью-Йорке, когда она едва сводила концы с концами и подрабатывала натурщицей. Мадонна обезоружила нападки прессы, которые в глубине души были ей приятны как проявление внимания, экстравагантным поступком — в жаркий июльский день она пришла на благотворительную акцию «Live Aid»*, нарядившись в несколько слоев старомодной одежды.
Концерт в пользу голодающих Эфиопии проходил 13 июля 1985 года в Филадельфии и Лондоне. В нем приняли участие самые разные музыканты — от Тины Тернер до Фила Коллинза и «Queens». Билл Мейерс играл в группе у Мадонны. Он рассказывает: «Это было круто. Никто не знал, что мероприятие будет таким грандиозным, пока все не собрались в отеле. На машины, гостиницы и цветы было истрачено столько денег! Было действительно здорово».
Хотя участники акции «Live Aid» приглашались на равных правах, закулисная жизнь выдавала существование определенной иерархии. Мейерс отметил любезность актеров старой голливудской школы, таких как Джек Николсон и Тимоти Хаттон, а про Фила Коллинза он сказал, что тот «был просто сама учтивость». Саймон Ле Бон из «Duran Duran» приехал на концерт в компании двух моделей и «вел себя высокомерно. Мы были для него что грязь на полу. „The Thompson Twins" расточали похвалы Ле Бону и смотрели на меня так, будто хотели сказать: „А ты кто такой?"». Мадонна, которой отношения с Шоном Пенном придали уверенности, стремилась утвердиться в звездном статусе. Она почувствовала себя оскорбленной, когда ее попросили освободить трейлер, занятый два часа назад. «Какой-то парень с местным акцентом сказал мне: „Предупреждаю, что вы можете находиться здесь с половины второго до трех, а затем это место займет Тина Тернер. Это не единственный трейлер"», — с улыбкой вспоминает Мейерс. Когда Мадонна начала протестовать, этот парень повернулся к кому-то и сказал: «Слушай, эта телка мне не нравится. Если Мадонна не хочет убраться, ей же хуже». В конечном итоге Мадонна с Пенном переместились в другой трейлер.
Несмотря на заносчивое поведение за кулисами, на сцене Мадонна была чрезвычайно очаровательна и непосредственна, зрители приняли ее с восторгом... «Помню, что солнце жгло мне лицо... было очень жарко. Как раз тогда вышел журнал „Playboy", и публика орала: „Раздевайся, раздевайся!" Я выкрикнула им в ответ: „Я не собираюсь раздеваться, черт вас возьми!" — рассказывает Мадонна. — Перед тем как выйти на сцену, я думала, что не смогу этого сделать. Просто не смогу. Мне было страшно... Но я решила не сдаваться, и это сработало, я тогда впервые почувствовала, что имею власть над людьми». Мадонна станет одной из немногих женщин, чьи фотографии пополнят галерею великих людей мира. Случай с публикацией показал, что ей не просто удалось преодолеть «систему старых приятелей», но и выйти на совершенно новый уровень. Она превращалась в мировую знаменитость.
Следующим большим событием в жизни Мадонны стала ее свадьба с Шоном Пенном. Она справлялась в день ее двадцатишестилетия, в местечке Пойнт-Дюрн, расположенном неподалеку от Малибу. Собрался весь высший свет, в списке приглашенных значились Шер, Дайан Китон, Кэрри Фишер, Энди Уорхол, Мартин Шин и Кристофер Уокен. Джонни Дайнелл вспоминает, что Уорхол был очень удивлен, узнав, что Дайнелла не пригласили. «„Но ты же ее друг!", — сказал мне Энди. — „Ну и что? Я же не киношник", — ответил я».
В день свадьбы Мадонна была в белом платье из тафты и шляпке, которую сдувал ветер. Несмотря на строгую секретность, слухи о предстоящем событии просочились в прессу, и фотографы едва не сорвали церемонию, окружив вертолетами место проведения торжества и пытаясь делать снимки. Близкий друг Пенна, Джеймс Фоули, вспоминает, что «это было безумие. В небе появились вертолеты, и расслышать, что говорит священник, было невозможно. Сейчас воздушные папарацци — обычное явление, а тогда вертолеты использовались в основном полицией для поимки преступников. Нам с Мадонной это показалось забавным, а вот Шону было не смешно».

 

Билл Мейерс подтвержает: «Это было какое-то сумасшествие. Когда появились вертолеты, я стоял рядом с Мартином Шином. Он непроизвольно вздрагивал, видимо, потому что ему вспоминался „Апокалипсис сегодня". Мадонна пришла в ярость и жестами показывала, чтобы они убирались, а Шон носился по дому в поисках пистолета. Самое смешное, что это не было постановкой, все происходило на самом деле». В конце представления Мадонна, хранившая серьезный вид во время произнесения супружеских обетов, расхохоталась. «Это превратилось в спектакль, — рассказывает она. — Такое нельзя придумать. Рассказать кому — не поверят». Спустя час после начала церемонии пьяный Пенн подрался с английским фотографом, явившимся на свадьбу без приглашения, и это было только начало.
Энди Уорхол говорит, что тот уик-энд был самым захватывающим в его жизни. Гостей он назвал «восхитительной смесью знаменитостей и ничтожеств», а парящие вертолеты — «лучшим происшествием». Уорхол записал тогда в своем дневнике: «Мадонна показалась мне настоящей красавицей. Они с Шоном так сильно влюблены друг в друга». Владелец ночного клуба Стив Рубелл, по словам Уорхола, был «неизвестно где, вероятно, принял метаквалон. Мне кажется, я видел, как Мадонна отпихнула его от себя, и потом он сел в машину и уехал. Мадонна танцевала с каким-то мальчиком... Молодые актеры вроде Эмилио Эстевеса и Тома Круза были одеты в костюмы явно не по размеру, будто сняли их с папиного плеча. Все эти долговязые звезды с мускулистыми ногами. Похоже, это новая голливудская мода».
На следующий день Шон отметил свое двадцатипятилетие, и молодые отправились справлять медовый месяц на Антигуа. По возвращении они поселились в Беверли-Хиллз и снялись в главных ролях в фильме «Шанхайский сюрприз». Когда они прочитали сценарий, им показалось, что это будет классическая комедия на манер «Африканской королевы» Джона Хьюстона, где играли Хамфри Богарт и Кэтрин Хепберн, однако картина оказалась более скучной. Продюсером фильма, в котором беспорядочный набор туповатых приключений перемежался с любовной линией, выступила фирма «Handmade Films», основанная Джорджем Харрисоном. Мадонна играет Глорию Тэйтлок, наивную миссионерку, которая нанимает авантюриста (его сыграл Шон Пенн), чтобы найти опиум для раненых солдат. Взявшись за эту роль, Мадонна будто бросала вызов. Глория Тэйтлок «совершенно не похожа на меня нынешнюю. Мне хотелось сыграть такую роль, чтобы все увидели, на что я способна как актриса».
Это было рискованное решение. Фильм «В отчаянных поисках Сьюзен» получился удачным, потому что Мадонна хорошо знала тот мир, в котором разыгрывается сюжет. К тому же режиссер Зейделман прекрасно знала, как работать с неопытными актерами. То время, в котором происходит действие «Шанхайского сюрприза», было Мадонне совершенно не знакомо. Играть в таком фильме было бы сложно даже профессионалу. Неудивительно, что роль получилась неровной и неестественной. То вдруг ей что-то удается, а потом она начинает считать деньги, как проститутка, или соблазняет Пенна с подозрительной для добродетельной миссионерки легкостью. Мадонна впоследствии жаловалась, что режиссер картины Джим Годдард«не знал, что делает... он не умел снимать полнометражное кино и замахнулся на нечто для себя непосильное». У Годдарда был большой опыт работы на телевидении, но в качестве кинорежиссера он выступил впервые. Сьюзен Зейделман когда-то заметила, что Мадонне нравится, когда ею руководят, и возможно, стиль Годдарда просто пришелся певице не по вкусу.
Обстоятельства съемок также были не слишком благоприятными: они проходили в криминогенном районе Гонконга, и за возможность снимать местные рэкетиры ежедневно требовали денег. Однажды съемочной группе пришлось провести восемнадцать часов в одном помещении, потому что какой-то парень перегородил выход и запросил за освобождение 50 000 долларов. Стоял январь, было холодно, всюду бегали крысы, так что актеры и прочий персонал периодически страдали желудочными отравлениями. Кроме того, за Мадонной и Шоном охотилась пресса, желающая снять звездную пару в какой-нибудь интимный момент. Как-то раз Пенн застукал в их номере фотографа и набросился на него с кулаками. За открытую неприязнь Шона к прессе и озлобленность Мадонны в отношении всего, что касалось фильма, их прозвали «Злобными Пеннами», прозвище закрепилось надолго. «Я неустанно твердила: „Хоть бы все поскорее кончилось, хоть бы поскорее", — рассказывает Мадонна. — Это была проверка на выживание. Теперь я смогу вынести все что угодно».
Джорж Харрисон лично прилетел в Гонконг, чтобы навестить бедствующих актеров. Позже, когда съемочная группа вернулась в Англию для проведения павильонных съемок на студии «Shepperton», он созвал пресс-конференцию с намерением смягчить общее недовольство. Сделать это оказалось невозможно, в особенности после того, как лимузин Пеннов наехал на ногу одного из фотографов. Мадонна тогда высказалась в адрес Харрисона: «Чему он меня научил, так это обращению с прессой, а отнюдь не работе в кино».
Позднее экс-битл прокомментировал, что Шон выглядел «затраханным», а Мадонна вообразила, что она «великая звезда... Им все льстили, все только и говорили, какие они потрясающие, лизоблюды несчастные. Нужно уметь поставить себя на место другого — иногда можно сойти с ума оттого, что на тебя направлены камеры и все достают вниманием. Я могу это понять. Все, что нужно Мадонне, это пятьдесят миллиграмм хорошего ЛСД».
Фильм вышел на экраны в августе 1986-го, его показывали повсеместно. Журнал «Variety» отозвался о нем нелестно, заявив, что он «не годен даже как пособие по истории тридцатых годов», в то время как известный критик Лесли Холливелл назвала его «удивительно глубоким».
Энди Уорхолу «Шанхайский экспресс» скорее понравился. Он записал в своем дневнике: «Я был единственным, кто не уснул во время просмотра, но фильм неплох. Мадонна — красавица, и костюмы отличные». Мадонна была разочарована, а тщательно оберегающий репутацию серьезного актера Шон откровенно раздосадован. Однажды он сказал Крисси Хайнд: «Прошу тебя как друга, не смотри его». Интересно отметить, что они с Мадонной больше никогда не снимались вместе.
Музыкальная карьера Мадонны развивалась не в пример удачнее. Осенью предыдущего года она начала записывать новый альбом под названием «True Blue». Пэт Леонард впервые выступил в качестве продюсера. Он помог ей окончательно сформировать свой уникальный стиль — дебютный альбом Мадонны был всего лишь набором разрозненных песен, а эксцентричный «Like A Virgin» явился очередным этапом музыкальных поисков. В «True Blue» ее стиль, характерный ритмичностью, драматизмом и ярко выраженной мелодичностью, обретает уверенность. Леонард подбирал песни, которые соответствовали бы ее характеру. Он пытался разглядеть, что же кроется за образом ироничной поп-принцессы.
Прошло некоторое время, прежде чем Мадонна решилась довериться Пэту Леонарду. Еще будучи музыкальным директором турне «Like A Virgin», он хотел, чтобы Мадонна обратила внимание на его песни. «Их отношения протекали бурно, — вспоминает Мейерс. — V Пэта такой же непреклонный характер, как и у Мадонны, — он трудяга и прекрасный музыкант. Ему хотелось сотрудничать с ней, писать песни вместе. Он оставлял кассеты у двери ее номера и расстраивался, если она их не замечала. На его месте я бы не выдержал, но он был упорным. К концу гастролей Пэт подружился с Пенном, и тот предложил ему сочинить саундтрек к фильму „В упор". Если не получается достучаться до самой Мадонны, значит, надо действовать через кого-то, кто ей близок».

 

Результатом их совместной работы стала песня «Live To Tell». Мадонна безошибочно определяла, с кем может получиться успешное сотрудничество, и предложила Леонарду стать продюсером своего нового альбома. «Ей нужны были конкретные идеи. Они постоянно спорили. Пэт — гордый, невероятно творческий человек. Они оба много работали», — рассказывает гитарист Брюс Гайтч, который был сессионным музыкантом во время записи альбома «True Blue».
Самый продаваемый из всех альбомов Мадонны записывался в крохотной студии. «Студия была такой маленькой, что помимо оборудования там помещалось всего два человека, — вспоминает Гайтч. — Великий альбом можно записать и в маленькой комнате». Мадонна пребывала в эйфории. «Она только что научилась водить автомобиль. Взяла напрокат машину, поехала и проломила забор Шона. Нельзя сказать, что Шон был этому рад». Однако «она была на подъеме. Приходя в студию, приклеивала жвачку к микрофону и пела. У нее была любовь с таким прекрасным, сексуальным парнем. Шон иногда заходил туда, нетерпеливо позвякивая ключами, — не мог дождаться, когда она освободится. Они жить не могли друг без друга».
Мадонна чувствовала воодушевление еще и потому, что сама была одним из продюсеров диска. «Ей не нужно было нанимать кого-то за большие деньги. Хотя „True Blue" был успешнее предыдущих альбомов, „Like A Virgin" обошелся ей гораздо дороже, потому что его продюсировал известный человек», — говорит Гайтч.
Первой песней, за которую взялись Мадонна и Леонард, была композиция «Open Your Heart», написанная Гарднером Коулом, сотрудничавшим с такими музыкантами, как Шер, Майкл Макдональд и Тина Тернер. «Я сочинял ее совместно с Питером Рэфельсоном [сыном известного режиссера Боба Рэфельсона]. Мы трудились над ней около года», — говорит Коул. Эта песня сложна для исполнения, требуется большой голосовой диапазон. Мадонна упростила ее. Коул вспоминает: «Она выкинула оттуда несколько строчек, сократила песню вполовину». Ему понравилась версия Мадонны. «Это мощная песня, у Мадонны появилась возможность раскрыться по-новому. Эта одна из первых песен, где она поет в полную силу, — большинство предыдущих довольно легкие, а здесь ей пришлось выложиться. Петь ее непросто, она потратила много времени, чтобы добиться нужного звучания». Труд окупился, поскольку в американских чартах эта песня сразу вышла на первое место. «Я был сильно взволнован, — вспоминает Коул. — Журнал „Billboard" напечатал обо мне статью».
Песни Мадонны довольно просты и хорошо воспринимаются, в то же время критики упрекают их в шаблонности и однообразии — Теодор Адорно назвал бы это «стандари-зацией», а рэпер Ванилла Айс «отстоем». В 1941 году Адорно произвел разделение поп-музыки на «высокое и низкое искусство», написав: «В поп-музыке главное принцип. А вообще каждая деталь заменяема, как машинный винтик». Мадонну долго не признавали как музыканта именно из-за односложности ее песен. Некоторые композиции как раз были такими «винтиками», но что касается синглов, те всегда отличались красивой мелодией и свингующими ритмами. Песня «Open Your Heart» стала новым этапом в творчестве Мадонны, она звучала легко и приятно, и в то же время не была примитивной. По мере того как голос Мадонны набирал силу, ее песни обретали глубину.
Альбом «True Blue» помог ей выйти на мировой уровень. Он удивительно позитивен по настроению, богат по текстуре и по-девичьи легок. Мадонна только что вышла замуж и была невероятно оптимистична. В ее голосе слышится некая первозданность, он звучит уверенно как никогда прежде. Заглавная песня «True Blue» написана под влиянием «Motor City», женской группы, на музыке которой Мадонна выросла. По настроению она чем-то напоминает «Chapel of Love», хит команды «Dixie Cups», а ясность звучания заставляет вспомнить о школьном хоре. Сида Гарретт и Эди Леман выступают бэк-вокалистками. Песня очень ностальгическая и, пожалуй, была бы чересчур сентиментальной, если бы не твердый и убедительный голос Мадонны.
Романтическим настроем проникнут и разгульный танцевальный трек «Where's The Party». Он присутствует и в песне «Isla Bonita», музыку к которой Гайтч и Леонард изначально сочиняли для Майкла Джексона. «К счастью, он отказался от нее. Мне он не нравился. Мне всегда казалось, что он придурок, от него бросает в дрожь, как от привидения», — говорит Гайтч. Леонард предложил отдать песню Мадонне, которая тогда находилась за границей, на съемках «Шанхайского сюрприза». «Я рад, что она досталась ей. Она настоящий, живой человек, сила, с которой невозможно не считаться».
Изнемогая в Гонконге, Мадонна написала песню о месте своей мечты, о далеком тропическом острове. Когда она сообщила Гайтчу, как называется песня, тот выразил недовольство. «Я подумал: „Боже праведный, она никогда не станет хитом. Такой примитив". Я ошибся. Она стала невероятно популярной, а остров Сан-Педро избрал ее гимном». Благодаря гитарной партии Гайтча песня обрела латиноамериканское звучание, которое отличает ее от прочих треков. «Это получилось естественно. Я всегда стараюсь сделать все как можно лучше, и мне нравятся четкие мелодии. Не люблю, когда нот слишком много, пусть их будет мало, но каждая должна „работать"».
Песня «Isla Bonita» с ее ярко выраженным латиноамериканским колоритом позднее расценивалась как попытка угодить многочисленному испаноязычному населению Америки. Она пользовалась большим успехом и по популярности занимала первое место в британских поп-чартах и третье в американских. На эту песню был снят клип, в котором Мадонна в шикарном красном платье танцует фламенко. Она посвятила ее «прекрасному и загадочному латиноамериканскому народу». Но очарованию поддались далеко не все. Например, майамская звезда Глория Эстефан сказала мне, криво усмехаясь: «Это только англофонам кажется, что она хотела доставить удовольствие испаноязычным американцам. На самом деле она все немного спутала. Солнечный остров — явно Пуэрто-Рико, самбу танцуют в Бразилии, а фламенко на гитаре — это Испания. Получается какая-то мешанина. Ну да ладно, что не плохо, то хорошо».
Весь альбом проникнут переживанием любви к Шону. «White Heat», пожалуй, наименее удачная композиция среди всех прочих, это трибьют актеру Джеймсу Кэгни, который снялся в одноименном фильме. В этой картине Кэгни играет гангстера-психопата, чью мать застрелил полицейский. Мадонна проводила параллели между его жизнью и своей, потому что они оба потеряли мать и потому что она сравнивала его с Шоном, которого любила представлять плохим парнем. Песня «Jimmy Jimmy» тоже про него, Мадонна не забывала о Шоне ни на секунду. «Она была сильно влюблена. Ну а когда она влюблена, она, естественно, пишет о любви», — сказал мудрый Стив Брэй, выступивший продюсером четырех песен этого альбома (включая «Where's The Party», которая спродюсирована совместно с Леонардом)».
В то время как Леонард задал тон большей части альбома, Брэй также внес свою лепту в эту поп-алхимию. Первая композиция под названием «Papa Don't Preach» — одно из его лучших творений. Слова написаны Брайеном Элиотом и дополнены Мадонной. Она характеризует эту песню как «послание, которое каждый понимает неверно». Начинается песня со струнного проигрыша. «Мадонна впервые работала с обширной живой секцией струнных, — вспоминает Билл Мейерс, который аранжировал песню. — Этот опыт поспособствовал моей карьере аранжировщика». Юная девушка просит, чтобы ее воспринимали как взрослую. Она беременна и пытается отстаивать свои права, сообщая строгому отцу, что хочет сохранить ребенка. Голос Мадонны звучит грубее, чем в предыдущих записях. Она поет в более низком регистре, создается впечатление, что она едва не срывается на плач. Песня поднимает животрепещущую проблему. Ее горячо поддержали борцы против абортов, в то время как многие другие раскритиковали за поощрение подростковой беременности.
Как это часто случается с Мадонной, песня немедленно стала ассоциироваться с клипом. Главная героиня, стриженая девочка-подросток, похожа на мальчишку-сорванца, ее парень — симпатичный автомеханик. Деспотичный отец (Дэнни Айелло) пытается вернуть девочку домой, хотя чувствуется, что он не вполне уверен в том, что делает. Сцены из реальной жизни периодически прерываются показом танцующей Мадонны, одетой в черное трико.
Режиссером клипа был Джеймс Фоули, его стиль узнается по пристрастию к неприукрашенным реалиям. «Мадонна сказала, что хочет сыграть главную роль. Клипы с выраженным сюжетом в то время были редкостью. Мы снимали на Статен-Айленде, в Нью-Йорке, я там вырос. Я хотел, чтобы мои сокурсники прочли о нем в газетах и позавидовали мне», — говорит он. На съемках Мадонна чувствовала себя уверенно. Будучи танцовщицей, она прекрасно умеет создавать образ позами и выразительными движениями. «Мадонна родилась в простой рабочей семье и воспитывалась в католической вере, так что она знала, как расставить акценты, — говорит Фоули. — Эпизоды с танцем — ее идея, как и концепция „горячего мороженого", то есть сочетание разных по настроению кадров: „жаркого" танца и „холодных" сцен реальной жизни. Меня как католика песня затронула. Я спросил Мадонну, может ли беременная женщина так отплясывать, когда на ней надета узкая кожаная юбка. Она улыбнулась так, будто я спросил какую-то глупость».
Одна из самых запоминающихся деталей — это черная футболка с надписью «ИТАЛЬЯНЦЫ ДЕЛАЮТ ЭТО ЛУЧШЕ». «Это был блестящий ход, — вспоминает Фоули. — Она подослала ко мне своего человека, чтобы спросить, можно ли это надеть. Я ответил: „Конечно, это будет отлично!" Я бы не удивился, если бы узнал, что она увидела эту футболку на каком-нибудь прохожем и попросила ее купить. Мне смешно, когда кто-то говорит, что она все тщательно продумала. Это неправда. Она многое делает спонтанно». Этот клип ознаменовал начало нового, более современного направления творчества Мадонны. Он не столь стилизованный и надуманный, как предыдущие, и позволяет увидеть, насколько выросло актерское мастерство певицы. «Я горжусь этим клипом. Мне удалось уловить ее характерные особенности и показать их в правильном свете. Клип позволяет зрителям увидеть все грани ее индивидуальности. Это настоящая актерская игра», — заявляет Фоули.
Любовь к Шону и потребность в драматургии Мадонна передает также в песне «Live To Tell». Здесь она прощается с образом развязной девушки со жвачкой во рту, эта композиция — предтеча темного мистицизма «Like A Prayer». Иносказательная лирика текста и обилие струнного аккомпанемента превращают песню в балладу. Мадонна поет об испепеляющей боли, причиняемой прошлым, и о чувстве стыда. Затронутые здесь темы причастности тайнам и обретения знания впоследствии станут ключевыми в ее творчестве. Эта песня является частью саундтрека к фильму «В упор». Режиссером картины был Джеймс Фоули. Фильм рассказывает о преступнике, который возвращается в родной дом, чтобы убить тех, кто слишком много знает о его прошлом. Главные роли исполнили Шон Пенн и Кристофер Уокен. Когда фильм только появился, отношение критиков к нему было неоднозначным, однако потом он получил статус культового кино.
Хотя было совершенно очевидно, что «Live To Tell» станет шлягером, компания «Warner» воспротивилась тому, чтобы использовать песню для саундтрека. Фоули рассказывает: «Помню, что мы обедали вместе с Мадонной и исполнительным директором компании. Она вышла на минутку, он посмотрел мне в глаза и сказал: „Если ты ей друг, ты не допустишь, чтобы это попало в кино. Ты испортишь ее карьеру"». Альбом «True Blue» еще не был готов к выпуску, и издание отдельного сингла нарушило бы маркетинговые планы. Будучи обладателями двух успешных альбомов, «Warner», естественно, хотела диктовать свои условия. Когда Мадонна вернулась к столу, Фоули задумчиво покачивал головой. «Я руководствовался собственными эгоистическими соображениями и убедил ее дать песне ход, но затем все-таки спросил, уверена ли она в том, что собирается сделать. Я пересказал ей все, что говорил мне исполнительный директор. „Твой альбом еще не готов". „Мне наплевать", — ответила она».
Композиция «Live To Tell» стала одним из самых долгоиграющих хитов Мадонны. Эта песня была ключевым номером во время турне «Confessions» 2006 года, то есть двадцать лет спустя. Мадонна исполняла ее, стоя на огромном зеркальном кресте с терновым венцом на голове. Песня не только не повредила ее карьере, но и послужила прекрасной рекламой новому альбому.
«True Blue» был выпущен в свет в июне 1986 года. На обложке Мадонна изображена в профиль, ее глаза закрыты, а голова запрокинута назад. На небесно-голубом фоне выделяются белоснежная кожа лица и шеи и платиновые волосы. Снимок сделан Хербом Ритцем в стиле уорхоловско-го поп-арта. Это фактически первое «каноническое» изображение Мадонны, в котором сочетаются невинность, идеализм и красочность, присущая шелкографии Уорхола. «Она осознавала, как важен образ, и приняла живое участие в его создании», — говорит дизайнер обложки Джери Хайден. Времена взлохмаченных волос и оголенного живота ушли навсегда. Альбом «True Blue» представлял новую, более женственную Мадонну, которая была похожа на пленительную кинодиву вроде Мэрилин Монро. «Казалось, что она плывет в облаках — одежды не было видно. Мадонна напоминала мраморную статую, богиню», — вспоминает Хайден. Этот снимок красноречиво говорит о почтительном отношении Мадонны к творчеству Уорхола и о связи поп-арта и коммерции. Поздние 80-е годы ознаменовали новую эпоху поп-арта как бренда, и Мадонна была одной из первых, кто воспользовался этим.
Мадонна и Уорхол относились друг к другу с настороженным уважением. «Однажды я спросил Мадонну, не хотела бы она сняться в кино. Она находчиво предложила поговорить об этом, когда поступят конкретные предложения, а то вдруг ее идеи украдут, — записал Уорхол в 1984 году. — Она очень проницательна. Сейчас она по-настоящему сексуальна». В 1985 году, в самый разгар ее тура «Like A Virgin», он удивлялся: «Надо же, всего год назад она работала официанткой в „Lucky Star"». Он пришел на свадьбу Мадонны в черном костюме, который контрастировал с ее белым платьем. Наблюдая за ней внимательным взглядом художника, Уорхол отметил: «Мадонна умеет делать шикарный голливудский макияж. Наверное, ей кто-то помогает — все нарисовано просто здорово».
У Мадонны и Уорхола были некоторые точки пересечения, например общие нью-йоркские друзья-геи. Обе знаменитости испытывали благоговейный страх перед собственной популярностью, хотя и демонстративно подсмеивались над собой. Они оба происходили из католических семей трудолюбивых иммигрантов, и оба были озабочены карьерой и деньгами. Они были представителями лишенной корней американской культуры двадцатого века, и их обоих обвиняли в том, что они эксплуатируют народное творчество. И Мадонна, и Уорхол стирали различия между чистым и «коммерческим» искусством. Писатель Уэйн Кестенбаум говорил, что Уорхол пытается «смазывать механизм производства, сделать более доступным и производство, и управление им». То же самое можно сказать и о Мадонне. Они оба любили сладости и попкорн, но этим их сходство и ограничивается.
Неутомимая Мадонна все время старалась менять стиль, Уорхолу же нравилось повторяться. Он был пассивен и терпелив, любил банальности и находил вдохновение в скуке. Уорхол страдал болезнью Хантингтона и постоянно испытывал боли. Он рисовал искаженные тела, поскольку его собственное изнемогало от болезни. Как и Мадонна, он носил корсет, только в отличие от нее делал это согласно врачебному предписанию. В 1968 году Уорхол едва не погиб, когда его пыталась застрелить феминистка Валери Со-ланас, женщина с неуравновешенной психикой. Когда в него попала пуля, он долго не мог поверить, что остался жив. Согласно Кестенбауму, «он был практически бестелесен, а после покушения и вообще разобщился с телом, которое стало походить на изрубцованный холст, — всю оставшуюся жизнь он носил специальные пояса и корсеты, которые Бриджит Берлин окрасила в жизнеутверждающие цвета, такие же как в его шелкографических работах».
Мадонна же, напротив, совершенно телесна. Она «рисует» тело, которое светится красотой и здоровьем. Разве в ее творчестве может быть место для болезни или смерти? Или для нездоровой кожи? Обложка к «True Blue» — это отзвук пятидесятнической эстетики бодрости и физической крепости. Уорхол любил спать, потому что во сне к нему приходили новые сюжеты, а Мадонна постоянно пребывала в движении, боялась остановиться даже на секунду. Уорхола зачаровывало «ничтожество» бытия,.а Мадонна непременно должна была чем-то наполнить жизнь. Он всегда надевал один и тот же черный костюм и свой фирменный платиновый парик, а она любила яркие цвета и разнообразие в нарядах.
Когда-то Уорхол предсказал, что Мадонна будет знаменитой, и это произошло. Джонни Дайнелл вспоминает, как однажды зашел в супермаркет и увидел ее фотографию на обложке журнала «Life». «Меня это поразило. Я подумал: „Боже, этой чертовке все-таки удалось добиться своего. Это не какая-нибудь провинциальная газетенка, это «Life»". Долгое время мне казалось, что она такая же, как мы все, и вдруг оказалось, что она миллионерша. Все-таки она сделала что хотела». Путей к отступлению у Мадонны уже не было.

 
 
 
  карта ссайта контакты история сайта баннеры главная
MADONNA - BAD GIRL ©
купить подушеку в интернет магазине екатеринбурга